![Рефераты | Сочинения по литературе и русскому языку | Судьба и творчество Даниила Хармса Рефераты | Сочинения по литературе и русскому языку | Судьба и творчество Даниила Хармса](/images/0/referatnatemu055.jpg)
Судьба и творчество Даниила Хармса
Категория реферата: Сочинения по литературе и русскому языку
Теги реферата: трудовое право шпаргалки, дипломная работа по юриспруденции
Добавил(а) на сайт: Obuhov.
Предыдущая страница реферата | 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 | Следующая страница реферата
Из окна высунулась другая старуха и стала смотреть вниз на разбившуюся, но от чрезмерного любопытства тоже вывалилась из окна, упала и разбилась.
Потом из окна вывалилась третья старуха, потом четвертая, потом пятая.
Когда вывалилась шестая старуха, мне надоело смотреть на них, и я пошел на
Мальцевский рынок, где говорят, одному слепому подарили вязаную шаль”[25].
Почему рассказчику надоело смотреть на вываливающихся старух? Потому, что в описанном “случае” не осталось почти ничего случайного. Действие все
время повторяется, да и объекты его почти не различаются. Одинаково падают
одинаковые старухи. Имен у них нет, и они отличимы только что по номерам.
Но откуда взялись эти номера? От порядка падения старух? Упала старуха и
стала первой, потом упала старуха и стала второй. Или иначе: все старухи
пронумерованы заранее и падают в порядке номеров? Здесь так мало от случая, что интересней пойти на Мальцевский рынок, где одному слепому подарили
вязаную шаль.
Хармса, как и другую выдающуюся личность нельзя исчерпать рамками
дипломной, работы. Одно перечисление символов, используемых Хармсом, метаморфоз и “случаев” с его героями превысило бы отведенные нам рамки.
Любой разговор о Хармсе обязательно упирается в проблему смысла. Смыслы в
произведениях Хармса бесконечны, его произведения – это своеобразный
конструктор без инструкции. Как бы читатель не переставлял детали, он
всегда получает что-то новое, невообразимо запутанное, но притягивающее.
Уникальность произведений Хармса еще и в философской концепции.
Сублимируя воззрения предшественников и современников, он преображает их
мысли. Трагизм эпохи преобразуется под пером ирониста в свою
противоположность.
Творчество Хармса, как и творчество любого другого художника, исторически обусловлено, но своеобразие его позиции заключается в том, что
он сознательно пытался порвать с пониманием литературы и литературного
“смысла” как исторических образований. “История” в ее традиционном
понимании описывается им как "остановка времени", а потому как феномен
антиисторический по существу.
2.4. О поэтике “детского” Хармса
Сегодня подробно исследуются истоки и эстетика “реальной поэзии” и
“взрослой прозы” Хармса. А вот о “Хармсе - детям” написано и сказано
чрезвычайно мало. Хотя дети любят и неизменно цитируют строки из его
стихотворений “Иван Иваныч Самовар”, “Плих и Плюх”. Литературоведы
склоняются к тому, что сотрудничеством в детских журналах “Еж” и “Чиж” поэт
вынужден был зарабатывать себе на жизнь - что, впрочем, не помешало ему
заложить основы детской поэзии и стать классиком. Чем же в действительности
была детская поэзия для автора “Старухи” и “Случаев”: потребностью, любовью, необходимостью? Вероятно, и тем, и другим, и третьим. Отсюда
вполне закономерный вывод: если хочешь познать Хармса - читай “Ивана
Топорышкина”.
Даниил Хармс прославился как создатель особого стиля и неутомимый экспериментатор. Своеобразие его внешности (цилиндр, монокль, необыкновенный красный пиджак) отмечали все современники. Не говоря уже о поведении, о той игре в Хармса - Дармса - Чардама - Шустерлинга, которую вел этот чудак: то пройдется на четвереньках по издательским коридорам, то перевернет вверх дном редакцию “Чижа”, то устроит блестящую буффонаду, розыгрыш. В литературном мире Хармса тоже действует закон непривычки к существованию. Из всех человеческих действий более других он любил ходьбу и бег. Самое распространенное слово в его детских стихотворениях - “шел”.
Доедая с маслом булку,
Братья шли по переулку.
Я шел зимою вдоль болота...
Из дома вышел человек...
Шел по улице отряд...
Движением, как правило, отмечено у Хармса первое четверостишие - с
него начинается пребывание человека во вселенной. Если герой не идет, то он
бегает, летает, скачет, несется. Одно из своих стихотворений Хармс так и
озаглавил: “Все бегут, летят и скачут”. Самая увлекательная игра - игра в
автомобиль, почтовый пароход, советский самолет (“Игра”). Несчастье, потеря
- там, где утрачивается эта способность к перемещению. Кошка несчастна от
того, что “сидит и ни шагу не может ступить”.
Хармс, мастер “сотворения” неожиданных противоположностей, находит
противоположность движению в мысли. Думанье равноценно остановке, оно
прерывает праздник бега. И сколько бы герой ни думал (“думал-думал, думал-
думал”), ему не объяснить загадочного появления тигра на улице. Вообще
думать у Хармса удобнее всего, “сняв очки”, то есть на время отключившись
от реальности, к которой у создателя реального искусства было особое
почтительное отношение. “Очистить предмет от шелухи литературных понятий”, посмотреть на него “голыми глазами” - такова установка ОБЭРИУ. “Нет школы
более враждебной нам, чем заумь. Герою Хармса важнее видеть, чем думать.
Многие его произведения немыслимы без картинок:
Вот перед вами мой хорек
На странице поперек.
Или:
Вот перед вами семь картинок.
Посмотрите и скажите, на каких собака есть,
А на каких собаки нет.
Всевозможные оптические приборы - очки, телескопы - сопровождают человека в его путешествии по жизни, что, увы, не спасает от оптического обмана. Любимый Хармсом цирк - тоже своего рода разновидность зримого, увиденного, того, что “вот перед вами”.
Хармс уважает число, его пифагорейскую суть, и многие его произведения
сходны с арифметическими задачами или учебниками по математике (“Миллион”,
“Веселые чижи” и др.). Кстати, Хармс тут не был одинок. Близкий обэриутам
Николай Олейников прямо признавался: “Все хорошие писатели графоманы.
Вероятно, я математик”. Однако примеры на вычитание, в отличие от
Олейникова, в детской поэзии Хармса искать бесполезно. Его увлекает
сложение: “сто коров, двести бобров, четыреста двадцать ученых комаров”.
Это не какое-нибудь случайное нагромождение, а цирк Принтинпрам, сорок
четыре стрижа “объединяются“ в квартиру 44 и т.д. Хармса захватывает
непрерывный процесс конструирования, собирания домов, цирков, квартир из
цветных кубиков действительности.
В реальности для него важны вещества: керосин, табак, кипяточек, чернила. Старушка покупает чернила, Каспер Шлих курит трубочку, Паулина
проливает керосин. Большинство “Случаев” заворачивается вокруг того, как
кто-то (фамилия, имя, отчество) отправляется в лавку за насущным. Вещества
осязаемы, конкретны, знакомы всем детям. Вновь напрашивается сравнение с
Олейниковым, у которого вещества использует натурфилософ, “служитель
науки”, как символ разных таинственных превращений и взаимодействий. В
поэзии же Хармса они существуют подобно тому, как в фильмах Тарковского
льется молоко, - в напоминание о простой сути.
Рекомендуем скачать другие рефераты по теме: шпаргалки по государству и праву, оформление доклада, оформление курсовой работы.
Предыдущая страница реферата | 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 | Следующая страница реферата